суббота, 8 апреля 2017 г.

Новое соглашение и участие в Вечере






Новое соглашение и небесное призвание
Символы Вечери, указывающие на небесное призвание
Роль символов Вечери для христиан с небесной надеждой
Иоанна 6:53




Вопрос «Кто может принимать участие в Вечере?» можно назвать актуальным, особенно по мере приближения соответствующей даты – Вечери воспоминания смерти Иисуса Христа (Вечери Господней). Мне доводилось на этот счет слышать совершенно противоречивые утверждения со стороны тех, кто называет себя «христианами». Общаясь с такими людьми, у меня все больше нарастало ощущение того, что для большинства из них остается не постигнутой сама суть данного события, его причина и цель. Для чего вообще была введена Вечеря? Что она символизировала? Что благодаря ей достигалось?

Многие следуют привычному представлению о том, что участвовать в Вечере должны все христиане без исключения. По их мнению, тем самым они подтверждают свою веру в Христа, в предоставленное им искупление и, соответственно, удостоверяются в собственном спасении. Тем не менее, глубокое библейское исследование данного вопроса приводит к несколько иным выводам. Разумеется, истинные христиане будут стремиться присутствовать на ежегодном праздновании Вечери Господней, проходящей, согласно библейскому образцу, 14 нисана. Но каждый ли христианин может принять участие в ее проведении, вкушая от символов Вечери – хлеба и вина? Далеко не каждый. Только те из них, кто имеет призвание к небесному правлению вместе с Христом в его царстве. В статье «Почему я не принимаю от символов на Вечере Господней» этот вопрос уже рассматривался. Теперь же мы постараемся более глубже исследовать интересующую нас тему. 



Новое соглашение и небесное призвание



Итак, кто может принимать участие в Вечере – все христиане независимо от их надежды или только те, кто имеет призвание к небесному правлению вместе с Христом? Ответ мы находим в словах самого Иисуса, который во время введения Вечери сказал:
«Эта чаша означает новое соглашение на основании моей крови, которая прольётся за вас» (Лк. 22:20).


Согласно вышеприведенному указанию, те, кто принимает на Вечере от символов, вступают в новое соглашение. Кто-то может сказать: «Все христиане, с земной ли или с небесной надеждой, участвуют в этом соглашении, а потому должны принимать от символов». Однако такое утверждение абсолютно не согласуется с новозаветной установкой. 

Хотим мы того или нет, но все, что Новый Завет говорит о новом соглашении (завете), связано исключительно и только с небесной надеждой. Нигде в Новом Завете мы не находим идеи о применении соглашения к тем, кто не имеет небесной надежды – Библия относит его только к помазанникам с небесным призванием. Так, в словах Иисуса, сказанным им на Вечере, видно, что Иисус воспринимал участников нового соглашения как имеющих точно такую же надежду, как у него самого – небесную. 
«В доме моего Отца много жилищ. А если бы это было не так, я сказал бы вам, ведь я иду приготовить вам место. И если я пойду и приготовлю вам место, то приду опять и возьму вас к себе, чтобы и вы были там, где я» (Ин. 14:2,3).
«Отец, я хочу, чтобы те, кого ты дал мне, были со мной там, где я, и видели мою славу, которую ты дал мне» (Ин. 17:24).

Совершенно очевидно, что для Иисуса вообще не стоял вопрос, какую награду получат участники Вечери – только небесную, «в доме Отца».




Если мы зададимся целью ознакомиться со всеми местами НЗ, говорящими о новом соглашении, то увидим, что оно всегда подразумевает помазание к небесной жизни

Так, апостол Павел, напоминая в послании коринфскому собранию об отношении к символам Вечери, указал на их значение в плане установленного соглашения, при этом неоднократно подчеркивая небесное призвание:
«Который и сделал нас пригодными быть служителями нового соглашения, не записанного свода законов, но духа  […] Воскресивший Иисуса воскресит вместе с Иисусом и нас и поставит перед собой вместе с вами […] Мы знаем, что, если наш земной дом, этот шатёр, разрушится, у нас будет строение от Бога, дом нерукотворный, вечный — на небесах. Поистине в этом жилище мы стонем, горячо желая облечься в небесное, предназначенное для нас… Но мы не теряем мужества и рады бы уже не быть в теле, а обрести наш дом у Господа» (2 Кор. 3:6; 4:14; 5:1,2,8).


Точно так же Павел в послании Евреям вновь связал между собой участие в новом соглашении с исключительно небесной надеждой: 
«Святой дух также свидетельствует нам, потому что сказав: «„Вот соглашение, которое я заключу с ними после тех дней,— говорит Иегова.— Вложу мои законы в их сердца и напишу их в их умах“», он затем говорит: «И грехов их, и беззаконных дел их больше не вспомню». А где прощение грехов, там уже нет приношения за грех. Поэтому, братья, поскольку благодаря крови Иисуса мы имеем уверенность в отношении пути, ведущего в святое место, который он открыл для нас как новый и живой путь через завесу, то есть свою плоть» (Евреям 10:15-20).

«Святые братья, участники небесного призвания, задумайтесь об апостоле и первосвященнике, веру в которого мы провозглашаем,— об Иисусе» (Евр. 3:1).

«Эта надежда у нас как якорь для души, надёжна и крепка, и входит за завесу, куда за нас вошёл предшественник, Иисус, навеки ставший первосвященником по образу Мелхиседе́ка» (Евреям 6:19).

Даже в книге Откровение мы встречаем аналогичную мысль. Синайское соглашение в Израилем по плоти имело ковчег соглашения. В отличие от него новое соглашение имеет новый ковчег, на небе (Откр. 11:19), что вновь говорит о небесном участии тех, кто входит в новое соглашение (Сравните Эфесянам 2:6; Филиппийцам 3:20,21; Колоссянам 1:5; Откровение 3:21).

Отсюда следует очевидный вывод: если я не имею небесного призвания от Бога, но наоборот, олицетворяю свое будущее с жизнью на обновленной райской земле, то я не имею права претендовать на то, что не дает мне дух Бога – на непосредственное участие в Вечере Господней. Одного лишь горячего желания этого недостаточно. Такое право «зависит не от желающего и не от бегущего, а от Бога милосердного» (Рим. 9:16). 




Символы Вечери, указывающие на небесное призвание



Подтверждение того, что от символов могут принимать только христиане с небесной надеждой, мы находим непосредственно в установленном Иисусом образце проведения Вечери.  

«Когда они ели, Иисус взял хлеб и, помолившись, разломил его, дал ученикам и сказал: «Возьмите его и ешьте. Это означает моё тело». Он взял также чашу и, воздав благодарность Богу, подал её им, сказав: «Пейте из неё все, потому что это означает мою „кровь соглашения“, которая прольётся за многих для прощения грехов» (Мф. 26:26-28).

Во всех евангельских сообщениях о Вечере Господней, а также в словах Павла из 1 Коринфянам 11:23,24, присутствует важная деталь: Иисус перед тем, как передать хлеб апостолам, ломает его. Причем, вино он дает в одной чаше, но хлеб все-таки собственноручно разламывает. Согласно пророчеству о Мессии, его кости не должны были быть преломлены (Пс. 34:20; Ин. 19:36). Почему тогда Иисус перед принятием символа его тела все-таки ломает хлеб (т.е. свою символическую плоть)?

Ответ мы находим в других местах Нового Завета.  В момент смерти Иисуса происходит следующее явление:
«И вдруг занавес святилища разорвался надвое, сверху донизу» (Матфея 27:51).

Этот занавес (καταπέτασμα, «катапэтасма», Стронг 2665) в храме отделял помещение «святого» от «святого святых». Символическое значение этого объясняется в послании Евреям 9:1-9 -
«Прежнее соглашение имело предписания относительно священного служения и земное святилище. Там было устроено первое отделение шатра, в котором находился светильник, а также стол и выложенный хлеб, и оно называлось «Святое». А за второй завесой [καταπέτασμα] было отделение шатра, называемое «Святое святых». Там была золотая кадильница и ковчег соглашения, покрытый со всех сторон золотом, внутри него был золотой сосуд с манной, расцветший посох Ааро́на и скрижали соглашения, а над ним — херувимы славы, тень которых покрывала крышку умилостивления. Но теперь не время говорить об этом подробно.После того как всё было устроено таким образом, священники входят в первое отделение шатра во всякое время, чтобы выполнять обязанности, связанные со священным служением, но во второе отделение входит только первосвященник раз в год, не без крови, которую он приносит за себя и за грехи, совершаемые народом по незнанию. Так святой дух показывает, что путь в святое место ещё не был явлен, пока стоял первый шатёр. Этот шатёр служит примером для назначенного времени, которое уже настало».




Важно и то, что в «святом святых» находился тот самый ковчег соглашения, который в данном случае символизировал соглашение Бога с Израилем по плоти, заключенное через Моисея. И если мы понимаем символический смысл всего данного устройства, то согласимся, что занавес, образно говоря, не давал возможности человечеству подойти к новому соглашению с Богом (Иер. 31:33; Евр. 8:10). 

Что же означал этот занавес, закрывавший в храме путь к «святому святых»? Ответ мы находим в Евреям 10:19-20 -
«Поэтому, братья, поскольку благодаря крови Иисуса мы имеем уверенность в отношении пути, ведущего в святое место, который он открыл для нас как новый и живой путь через завесу, то есть свою плоть».

Как видим, занавес (завеса, καταπέτασμα) символизировал тело Иисуса. Вот почему в момент смерти Мессии этот занавес был полностью разорван Божьей силой. Это же объясняет и действие Иисуса на Вечере, когда он собственноручно разломил хлеб, так же символизировавший его тело. 

Что благодаря этому достигалось? Согласно словам из послания Евреям, открывался доступ к символическому ковчегу соглашения, а точнее, к заключению нового соглашения с Богом.
«Однако Христос явился как первосвященник пришедших благословений и через шатёр более великий и совершенный, сделанный не руками человека, то есть иного творения, раз и навсегда вошёл в святое место — но не с кровью козлов и молодых быков, а со своей кровью — и приобрёл для нас вечное избавление… Вот почему он является посредником нового соглашения… Ведь Христос вошёл не в святое место, сделанное руками человека, устроенное по образу истинного, но в само небо, чтобы предстать теперь за нас перед лицом Бога» (Евреям 9:11-12,15,24).

«Иисус приобрёл ещё более превосходное служение, в результате чего он ещё и посредник лучшего соглашения» (Евреям 8:6. Сравните Евреям 7:22; 12:24; 13:20).


Таким образом, через жертву Иисуса – его тело и кровь – открывался доступ к заключению нового соглашения. 


В этой связи возникает вопрос: все ли христиане независимо от своей надежды (небесной или земной) вступают в данное новое соглашение? Библия дает ясный ответ и на этот вопрос.
«Христос явился как первосвященник пришедших благословений и через шатёр более великий и совершенный, сделанный не руками человека, то есть иного творения, раз и навсегда вошёл в святое место… Ведь Христос вошёл не в святое место, сделанное руками человека, устроенное по образу истинного, но в само небо, чтобы предстать теперь за нас перед лицом Бога» (Евреям 9:11,12,24).


Библия показывает, что Иисус после своей жертвенной смерти вошел в «святое место». Но не в буквальное «святое святых» иерусалимского храма, а в более величественное – «в само небо… перед лицо Бога». 

В следующей 10-й главе послания Евреям мы видим, что эта же возможность благодаря новому соглашению открывается и для христиан с небесной надеждой:
«Святой дух также свидетельствует нам, потому что сказав: «„Вот соглашение, которое я заключу с ними после тех дней,— говорит Иегова.— Вложу мои законы в их сердца и напишу их в их умах“»... Поэтому, братья, поскольку благодаря крови Иисуса мы имеем уверенность в отношении пути, ведущего в святое место, который он открыл для нас как новый и живой путь через завесу, то есть свою плоть» (Евреям 10:15-20).


Как и сам Иисус, те христиане, что благодаря новому соглашению имеют помазание к царственному правлению, таким же образом получают возможность входа в «святое место» - т.е. в небо. Через плоть Иисуса, отданную в жертву, для них открывается этот «новый и живой путь».

Совершенно очевидно, что данная возможность предоставляется не всем, а только тем христианам, кто имеет соответствующую небесную надежду. 
«Эта надежда у нас как якорь для души, надёжна и крепка, и входит за завесу, куда за нас вошёл предшественник, Иисус, навеки ставший первосвященником по образу Мелхиседе́ка» (Евреям 6:19,20).

Как видим, понятие «войти за завесу» означает доступ к небесным пределам, куда вознесся и сам Иисус. Соответственно, к тем христианам, что имеют земную надежду, эти слова относится не могут – значит, за «завесу» они не входят. 




А что находилось за буквальной храмовой завесой? Об этом мы уже читали в Евреям 9:11-9. Самое главное – там был ковчег прежнего соглашения. Соответственно, за символической «завесой» открывался новый ковчег нового соглашения. И если значение теперь имеет «шатёр более великий и совершенный, сделанный не руками человека», который представлен в небесных пределах, то где тогда находится духовный ковчег нового соглашения? Ответ мы находим в Откровении 11:19 - 
«На небе открылось святилище Божьего храма, и стал виден ковчег его соглашения в святилище его храма».

Как можно убедиться, и святилище Божьего храма, и ковчег нового соглашения представлены в небесных пределах. Отсюда следует ясный вывод: новое соглашение подразумевает все ту же небесную награду, но никак не земную. Соответственно, и доступ к новому ковчегу соглашения, а значит, и к самому новому соглашению, к участию в нем, открывается только для христиан с небесной надеждой (Евр. 6:19,20). 




Роль символов Вечери для христиан с небесной надеждой



Исследование библейских указаний помогает найти ответ и на вопрос, почему участникам Вечери следует принимать от символов. Уже известный нам библейский текст дает пояснение:
«Благодаря крови Иисуса мы имеем уверенность в отношении пути, ведущего в святое место, который он открыл для нас как новый и живой путь через завесу, то есть свою плоть» (Евреям 10:19,20).

В этом отрывке упоминаются и кровь Иисуса, и его тело, а дальше объясняется смысл их принятия. «Кровь» Христа означает данное Богом заверение в их небесном призвании. «Тело» Христа – открытый для них путь в небо. Поэтому принимая вино, символизирующее кровь Спасителя, помазанные христиане подтверждают, что имеют заверение от Бога в своей небесной надежде. Вкушая хлеб, они показывают, что следуют открытым для них Иисусом путем к небесному служению в Божьем Царстве.  

Вот почему в 1 Коринфянам 10:16 принятие символов на Вечере называется «приобщением»:
«Разве чаша благословения, которую благословляем, не означает приобщение к крови Христа? И хлеб, который преломляем, не означает ли приобщение к телу Христа?»

Дважды примененное в данном стихе слово «приобщение» (κοινωνία, «койнониа», Стронг 2842) буквально переводится как «общность» и несет в себе смысл соучастия. (То же слово используется в таких текстах, как 2 Кор. 6:14; 8:4; Гал. 2:9; Филип. 1:5; 3:10).

Это не просто констатация веры в Иисуса, как в Божьего Сына и Мессию, и не формальное подтверждение признательности за искупительную жертву. Участие на Вечере через вкушение от символов показывает общность будущей награды и соучастиягрядущего совместного служения с Иисусом в его небесном царстве. То есть, вкушая от символов, христианин показывает, что имеет призвание вместе с Иисусом осуществлять священное служение в составе его небесного правительства.



Иоанна 6:53



Разберем классическое возражение: «Как можно иметь жизнь вечную, если не принимать от символов Вечери? Разве Иисус не связывал получение вечной жизни с вкушением его «крови» и «тела»? 

Давайте рассмотрим контекст слов Иисуса:
«Я — хлеб жизни. Хоть ваши отцы и ели манну в пустыне, они всё равно умерли. А всякий, кто ест хлеб, который сходит с неба, не умрёт. Я — живой хлеб, сошедший с неба. Кто ест этот хлеб, тот будет жить вечно. Этот хлеб — моя плоть, которую я отдам за жизнь мира».Тогда иудеи стали спорить между собой: «Как этот человек может дать нам есть свою плоть?» На это Иисус сказал им: «Истинно, истинно говорю вам: если вы не едите плоть Сына человеческого и не пьёте его кровь, то не имеете в себе жизни. Кто ест мою плоть и пьёт мою кровь, тот имеет вечную жизнь, и я воскрешу его в последний день. Ведь моя плоть — истинная пища и моя кровь — истинное питьё. Кто ест мою плоть и пьёт мою кровь, тот — в единстве со мной, а я — в единстве с ним. Как живой Отец послал меня и я живу благодаря Отцу, так и тот, кто ест мою плоть, будет жить благодаря мне. Вот хлеб, который сошёл с неба. Он не такой, какой ели ваши отцы и всё же умерли. Кто ест этот хлеб, тот будет жить вечно» (Иоанна 6:48-58).

Зададимся вопросом: имел ли Иисус в виду, что его ученикам следовало буквально понимать смысл его слов и принять участие в странном обряде поедания его плоти и крови? Разумеется, нет. 

Еще вопрос: имел ли Иисус в виду, что его слушателям следовало провести обряд Вечери? Учитывая, что слова из Иоанна 6:48-58 были сказаны Иисусом задолго до введения Вечери как таковой, понятно, что Иисус подразумевал вовсе не участие в Вечере. Даже его ближайшие ученики, апостолы, не воспринимали слова Иисуса в качестве обряда, они попросту ничего об этом не знали.

Иисус в данной ситуации говорил о духовном восприятии жертвы Иисуса, указывая на необходимость веры в него, как в Спасителя. Вот почему в контексте своих слов он прямо говорит собравшемуся народу: «Дело, угодное Богу, заключается в том, чтобы вы проявляли веру в того, кого Он послал… Но среди вас есть те, кто не верит» (Ин. 6:29,64,65). Это была их серьезная проблема! 




Что побудило Иисуса сказать людям эти слова? Накануне этот же самый народ чудом был накормлен Иисусом. Теперь люди снова пришли к нему, ожидая того же. Их интересовала буквальная еда. Более того, они вновь стали просить Иисуса о новом чуде, причем, связывая такое чудо опять-таки с едой (Ин. 6:30,31). По этой самой причине Иисус обращается к ним со словами: «Истинно, истинно говорю вам: вы ищете меня… потому, что ели хлеб и насытились. Труди́тесь не ради пищи, которая портится, но ради пищи, которая остаётся и приносит вечную жизнь. Такую пищу даст вам Сын человеческий» (Ин. 6:26,27).

Как видим, слова Иисуса о себе как о «пище» были необходимой ответной реакцией на неправильные мотивы людей, а вовсе не желанием побудить их начать практиковать обряд Вечери. Толпу интересовала исключительно еда – поэтому Иисус и ответил ей подобной аналогией, но с духовным подтекстом. В противном случае мы столкнулись бы с явным противоречием: получалось бы, что Иисус, видя в их сердцах глубокое неверие, все равно пообещал им вечную жизнь лишь за сам факт формального проведение обряда Вечери! Но такая мысль звучит абсурдно…

Вообще, Иисус довольно часто в служении использовал гиперболы (преувеличения) с целью побуждения своих слушателей к духовным действиям. Например, когда он говорил о том, что они должны мыть ноги друг другу. Или, когда призывал их входить в узкие врата (Лк. 13:24-27). Или ненавидеть родных (Лк. 14:26). Или нести свой столб мучений (Лк. 14:27). Или отказаться от всего своего имущества (Лк. 14:33). Или отсечь руку и вырвать глаз (Мф. 18:8,9). Или передвигать горы (Мф. 17:20). Или пересаживать смоковницу (Лк. 17:6). Причем, заметьте – во всех этих примерах Иисус связывал необходимость совершения подобных действий с доказательством веры и спасения. Тем не менее, мы понимаем, что, говоря это, Иисус вовсе не имел в виду буквальное исполнение данных действий и не следование некому ритуальному обряду. Он говорил, подразумевая не буквальное, а духовное, образное понимание. Точно так же следует воспринимать и слова Иисуса из Ин. 6:53, обращенные им к толпам слушателей, основная часть которых выявляла неверие в него. Разве Иисус ждал от них формального исполнения будущего образца Вечери? Понятно, что он говорил о вере в него, которой им так не доставало, а вовсе не о том, как им следует вести себя на мероприятии, которого еще и в помине не было…

Следует задуматься над следующим вопросом: действительно ли спасение верующего в Христа человека, не имеющего небесного призвания, зависит от его непосредственного участия в Вечере? Но как в таком случае спасся бы Иоанн Креститель, который умер с верой в Христа, но не участвуя в Вечере? Он спасется благодаря своей вере или же нет? Или Лазарь, если бы Иисус его не воскресил, спасся бы благодаря своей вере в Иисуса, но без участия в Вечере? А разбойник, распятый рядом с Иисусом и проявивший в него веру в последние минуты своей жизни? Прав ли был Божий Сын, что посчитал веру этого человека достаточной для его спасения? (Луки 23:39-43) В духовном смысле все они приняли сердцем сказанное Иисусом в Иоанна 6:53. 

Точно так же и современные христиане с земной надеждой верят в Иисуса и спасаются благодаря своей вере. И в этом нет ничего странного, потому что именно земная надежда и является надеждой по умолчанию, - той, что изначально определил для людей Бог. А надежда небесная, подчеркнутая участием в Вечере в новом соглашении с Богом на дельнейшее правление в его небесном Царстве, это то, что, говоря современным языком, можно назвать эксклюзивным предложением. Причем для весьма ограниченного числа христиан – 144 000 человек (Откровение 14:1; Евреям 12:22).


Итак, сделаем выводы:

1. Вводя Вечерю, Иисус связывал участие в ней своих учеников с небесной надеждой, а не земной.


2. Участие в Вечере подразумевало вступление в новое соглашение. Весь Новый Завет связывает новое соглашение исключительно с небесным призванием.

3. Используемые на Вечере символы указывают на небесную награду тех, кто от них вкушает. Так, разломанный Иисусом хлеб, подобно разорванной храмовой завесе, подчеркивал возможность вступления в новое соглашение и небесное правление.

4. Согласно Евреям 10:19,20, "кровь" Иисуса (символизируемая вином) заверяет помазаных христиан в небесном призвании. "Тело" (символизируемое хлебом) подчеркивает открытый для них путь на небо.

5. Слова Иисуса из Иоанна 6:53 не служили указанием к введению Вечери, но были ответом на неверие тех, кто считал себя учениками Христа.