пятница, 18 ноября 2016 г.

Почему я не верю в Троицу




Принять учение о Троице представляется мне крайне затруднительным делом. И не только по причине сложности с должным библейским обоснованием этого учения. И не просто в силу его нелогичности. Увы, для меня лично это учение неприемлемо хотя бы потому, что оно представляется мне тупиковым. Другими словами, оно не только не ведет меня к Богу, но, наоборот, отводит меня от него.   

Сколько бы я ни пытался проанализировать утверждения тринитариев в защиту Троицы, мысленно я неизменно оказывался в состоянии духовного тупика по самому что ни на есть главному вопросу: «Как мне сблизиться с Богом?» 


Понятно, что тринитарии будут мне говорить, мол, нужно верить в Христа, потому что Иисус сам сказал, что он «путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня» (Иоанна 14:6, СП). И это правильные слова. Вот только при внимательном рассмотрении оказывается, что тринитарная концепция в них никак не вписывается. Почему?

Да потому что Иисус этими архиважными словами показал суть своей роли в намерении Бога приблизить к себе грешного человека. И формула эта донельзя проста. Он (Иисус) есть путь. Путь куда? К Отцу (т.е. к Богу). Логично заключить, что главная цель – Отец. А Сын – необходимое средство, приближающее нас к Отцу. Следуя за Иисусом, мы можем приблизиться к истинной цели – к Небесному Отцу, истинному Богу (Ин. 17:3). Здесь вроде бы все предельно просто. А просто потому, что до сего момента мы руководствуемся исключительно библейским пониманием.    

Но как только я пробую спросить сторонника Троицы: «Сына я знаю. Теперь расскажите мне о его Отце», то на этом самом месте вдруг начинаются какие-то непонятные оправдания. В ответ я слышу, что это вовсе не обязательно для моего спасения, и что достаточно знать Сына. И подобные уверения я слышал множество раз.

Позвольте! Но как же быть с многочисленными указаниями Библии и лично Иисуса, подчеркивающими непосредственную взаимосвязь моего спасения НЕ ТОЛЬКО со знанием Иисуса, но и со знанием его небесного Отца? Причем, как это видно из слов Иисуса в Иоанна 17:3, знания об Отце имеют даже первостепеннейший приоритет:


«Чтобы иметь вечную жизнь, необходимо приобретать знания о тебе, единственном истинном Боге, и посланном тобой Иисусе Христе»


Учитывая, как этот стих звучит в любимом тринитариями Синодальном переводе – «Да знают тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа», – я спрашиваю: «Помогите же мне УЗНАТЬ Того, Кто является Отцом Иисуса, и моим Отцом!» Но в ответ опять-таки следуют сбивчивые фразы, мол, спасение нам дано в Сыне. Так я и не спорю, что спасение предоставлено мне через Иисуса, моего Господа и Искупителя. Я принял его своим Спасителем. Но мне интересно узнать и Того, Кто ДАЛ ЧЕРЕЗ Сына это спасение. Того, Кто непосредственно послал его для моего искупления! Неужели это так сложно? Или Иисус всякий раз говорил что-то не то, что-то лишнее, когда обращал наше внимание главным образом на своего Отца, чью волю он и был послан исполнить?

И так происходит всякий раз, когда приходится общаться на эту тему со сторонниками учения о Троице. Вот и скажите мне, где в этом учении я могу увидеть просвет в моем желании, следуя словам Иисуса, познакомиться не только с Сыном, но и с моим небесным Отцом? Увы, но я его не вижу. Скорее, наоборот, это учение меня все больше и больше путает, вызывая отчаяние и тоску…




Задам другой вопрос. Если Сын имеет имя (Иисус), то и его Отец, разумеется, должен иметь имя. Тем более, что об имени Отца так часто говорит Библия (Исх. 15:3; Пс. 83:18; Ис. 42:8). Иисус также постоянно подчеркивал важность имени своего Отца (Ин. 5:43; 8:54; 10:25; 12:28; 17:6,26). Итак, покажите мне в Библии имя моего Небесного Отца! Я хочу следовать наставлению Иисуса, четко указавшего на этот важный момент в самой известной, образцовой молитве «Отче наш»:


«Поэтому молитесь так: „Наш Отец на небесах, пусть святится твоё имя...» (Матфея 6:9)


Если честно следовать этому указанию Иисуса, то я должен обращаться в молитве к моему и его (Иисуса) Отцу, при этом призывая и освящая имя Отца. Но ведь чтобы это делать, мне необходимо произносить имя Отца. Разве не так? Если в молитве к Отцу через Сына («во имя Иисуса») я должен произносить имя Иисуса, то разве при этом я не должен произносить и имя Отца?  

Я хочу приближаться к Отцу и призывать его имя, как и учит меня Библия. Так расскажите мне, какое же у Отца имя? Если учение о Троице, в котором так хотят меня убедить его приверженцы, отводит имени Отца достойное место, то не должно быть никаких проблем с моей просьбой…

Но что я слышу в ответ? А в ответ я снова наблюдаю все те же неловкие попытки убедить меня в том, что ни о каком конкретном имени Отца я не должен особо думать. (И зачем Иисус вообще говорил об освящении имени?) Возникают какие-то странные теории «именезамещения» и «имененеобязательности» с примесью «имененеизвестности».

Имя Отца – Господь Бог? Подождите, но ведь вы же считаете и Сына Господом Богом, однако при этом все-таки называете его по имени. Так если Сына вы называете по имени (Иисус), то почему не хотите назвать имя его Отца? Получается, Сын имеет имя, а Отец нет? Не странно ли?

Имя Отца – Троица? Отлично, только покажите мне это имя в Библии. Ну, а как иначе мне быть уверенным, что называя таким именем Бога, я буду следовать не придуманным человеками выдумкам и традициям, а четкому библейскому примеру? 

Имя Бога – Сущий? Вообще-то это выражение часто используется людьми без какого-либо намека на Божье имя. Например, когда те же верующие говорят о ком-то «он – сущий дьявол», они что, имеют в виду, что тот носит то же имя, что и Бог? Или Бог позаимствовал это имя у своего противника? Понятно, что «Сущий» вовсе не является именем. Это, скорее, описательная черта, тем более, если быть внимательным к первоисточникам с текстом Исход 3:14. 

Имя Отца – просто «Отец»? Вы в самом деле в это верите? Смогут ли тринитарии с тем же успехом сказать, что имя Сына – просто «Сын»? Если вы считаете, что не нужно знать имя Бога, а достаточно лишь называть его «Отцом», то как вы отреагируете, если аналогичным образом вам скажут, мол не надо знать и имя Сына (Иисус)? 


Вопрос к тринитариям так и остается открытым: какое имя Отца? Того самого Небесного Отца, приближаться к которому учил его Сын? Если тринитарии знают имя Сына, то почему они не могут мне назвать имя его Отца? Почему столь простейший вопрос заставляет их использовать долгие замудреннейшие словесные пируэты, в то время как на вопрос «какое имя у Сына?» они готовы ответить просто и четко: «Иисус»? Что же им мешает дать такой же четкий и простой ответ на вопрос «какое имя у Отца?» В чем сложность?

Видимо, сложность как раз и заключается в том, что тринитарии так и не смогли УЗНАТЬ Отца. Да, они встали на Путь, ведущий к Богу. Этот Путь, как мы уже рассматривали ранее, есть Иисус, Божий Сын (Иоанна 14:6). Да, они было пошли этим путем, но… Но на нем же и остановились. Они так и не пришли к Отцу, и не поняли его. Они забыли, что Иисус вовсе не ставил себя самоцелью, но показал, что он лишь ПОСРЕДНИК, указывающий на ЦЕЛЬ – на Небесного Отца (своего и нашего)! Да, Иисус - единственный, через которого дается спасение, НО ОН ВСЕ-ТАКИ ПОСРЕДНИК! Между людьми и их Истинным Богом, их небесным Отцом (1 Тим. 2:5,6; Ин. 17:3) Так как он не сам от себя пришел и не сам от себя дает людям искупление, но делает это по поручению своего Отца. 




И на это Иисус указывал всю свою земную (и не только земную) жизнь, постоянно подчеркивая свою подчиненность Богу, например, когда говорил, что «Отец Мой более Меня» (Ин. 14:28). Или уже будучи воскрешенным, указывая, что Отец является ему Богом, так же, как и для обычных людей (Отк. 3:12). Или, когда Библия говорит, что «Христу глава — Бог» и что «Сын покорится Покорившему все Ему» [т.е. Отцу] (1 Кор. 11:3; 15:27,28). Таких библейских указаний огромное множество! Но… 

Но тупиковость пути тринитаризма, как я убеждаюсь, проявляется в том, что эта доктрина останавливает людей на месте, не давая им идти истинным Путем (Сыном) к истинной Цели (Отцу), той самой Цели, к которой со страниц Евангелия зовет Сын. Вместо этого они сосредоточили внимание на Посреднике, забывая, к Кому они должны через него приблизиться, и Чье имя «освящать» (Мф. 6:9). А потому и не удивительно, что тринитарии, так много и красиво говоря о Сыне, выказывают полную беспомощность, как только речь заходит о небесном Отце. В условиях жестких ограничивающих  рамок тринитризма иначе и быть не может…


Как ни удивительно, но в этом вопросе тринитарии, видимо, сами того не осознавая, с поразительной точностью напоминают тех израильтян, кого Бог выводил из Египта в обетованную землю. Очень и очень схожее отношение к Богу и к тому, кого Он тогда сделал для них спасителем! 

Кого небесный Отец использовал для спасения израильтян? Мессию. Помазанника. Буквально, «Христа», если буквально следовать библейскому тексту из Евреям 11:26. Кто был тем «мессией», посланным Богом «спасителем» для находившихся в рабстве израильтян? Моисей. Израильтянам следовало понять, что «Бог даёт им спасение его рукой» (Деян. 7:25). Да, Моисей, согласно определению Бога, должен был восприниматься израильтянами «спасителем». Спасителем, посланным небесным Отцом! «Христом», как он назван в вышеупомянутом библейском тексте из Евреям 11:26. 

Израиль принял Моисея, как посланного Отцом спасителя. Они поверили ему и пошли за ним. Но в чем была проблема израильтян? Признавая своим «спасителем» Моисея, они, тем не менее, были слабы в вере в Отца! Они признали Моисея «христом» («помазанником»), но не приняли в сердца Бога – того, кто являлся их небесным Отцом; того, кто послал им этого «спасителя». Хотя Моисей и старался постоянно обращать их внимание не на себя, а на их небесного Отца, у израильтян были явные сложности с принятием Истинного Бога.

«Почему вы так поступаете с Иеговой, глупый и неразумный народ? Разве он не твой Отец, который сотворил тебя, который создал тебя и постоянно поддерживал?» (Втор. 32:6).

Израиль следовал, скорее, за авторитетом Моисея, своего официального спасителя, чем за своим небесным Отцом. Последствия такого неразумного отношения не могли не сказаться. Стоило только Моисею удалиться из лагеря израильтян на сорок дней, как те выказали абсолютную растерянность и незнание личности своего небесного Отца. Без Моисея они не знали, что делать. И вся их «вера» в Иегову, небесного Отца, тут же куда-то улетучилась. Возможно, ее и вовсе не было, но пока рядом был их спаситель Моисей, они считали, что были верующими в Бога. 

Израильтяне заявили первосвященнику Аарону:


«Встань, сделай для нас бога, который пойдёт перед нами, потому что мы не знаем, что случилось с этим Моисеем, с человеком, который вывел нас из земли Египет» (Исход 32:1).


Моментально был изготовлен золотой истукан, который в понимании израильтян мог символизировать их небесного Отца:


«И люди стали говорить: "Израиль, вот твой Бог, который вывел тебя из земли Египет"» (Исход 32:4).





Недолго думая, на этом фоне они даже устроили «праздник, посвящённый Иегове» (Исход 32:5). В их ущемленном понимании столь пренебрежительное отношение к Отцу не являлось чем-то вопиющим, неправильным. Возможно, они думали так: «Иегова… Не важно кто он и какой он… Неважно какой личностью он является… Формально мы верим в него и даже совершаем ему религиозное поклонение. Разве этого недостаточно? В конце концов, его никто из людей не видел. А вот Моисея все хорошо знают. Он – наш вождь и спаситель! Через него чудеса Бог совершает! Если мы идем за Моисеем, то и с Богом сумеем договориться»,… 

Реакция самого Бога на такую позицию Израиля и ее печальные последствия нам хорошо известны. Но чем этот пример соотносим с примером многих нынешних верующих людей? 

Наверное, тем же малозначительным отношением к личности небесного Отца. Они успешно согласились принять своим Спасителем его Сына. Они говорят, что следуют за Христом. Они призывают имя Иисуса, говорят о себе, как о его последователях… Но что они знают о его Отце? Насколько сильна их вера в Отца и в чем это видно? Стремятся ли они освящать его имя, провозглашая славу Иеговы? Провозглашая непрестанно, а не время от времени упоминая его невзначай в редких гимнах... Призывают ли они людей приближаться через Иисуса к Иегове, как к своему небесному Отцу? Подчеркивают ли, подобно Иисусу, величие Отца по отношению к Сыну? 

К сожалению, факты говорят, скорее, об обратном. Причем, на мой взгляд, наиболее показательным является упорное стремление подобных верующих удалять имя Отца из переводов Библии! Практически все современные переводы Библии (не говоря уже о Синодальном) основательно «подчистили» свои страницы от имени Иеговы, сделав небесного Отца практически безымянным. Семь тысяч библейских мест, где в древних первоисточниках это имя присутствует, были сознательно изменены теми, кто красиво говорит о любви к Сыну! Но одобряет ли сам Сын такую «зачистку» в Слове Бога? 




А что сказали бы эти же «верующие» на предложение сделать подобную «зачистку» Библии, но уже по отношении к имени Иисуса? Допустим, что кто-то предложит удалить имя «Иисус», а вместо него поставить титулы, например, «Господь», «Сын» и т.д. Представьте, что вам будут говорить: «Забудьте имя «Иисус»! Не произносите его никогда – ни в молитвах, ни в проповедях, ни в обиходе! Достаточно называть его «Сыном». Бог и так поймет, кого вы имеете в виду»… 

При этом вам скажут умные слова про то, что само произношение «Иисус» не имеет ничего общего с тем, как это имя в действительности произносилось евреями, например, апостолами. И ведь действительно, насколько схоже русское «Иисус» с еврейским «Иешуа» или «Иехошуа»? Откровенно говоря, абсолютно различные звучания. Так, может, используя русскую, а не оригинальную форму произношения, тринитарии, заведомо заблуждаясь, говорят о ком-то другом, но не о Сыне Бога? 

Я почему-то уверен, что тринитарии возмутились бы от такой наглости. Уверен, они нашли бы множество вполне разумных объяснений, почему даже русское произношение «Иисус» (а не оригинальное древнееврейское) не станет ошибочным в осознании того, о ком идет речь. 

Тогда почему недопустимые действия с именем Сына такие лица считают вполне допустимыми, если речь едет уже об имени Отца? Двойные стандарты?






Не в том ли ответ, что у подобных лиц, уверенных в своей любви к Сыну, в действительности «нет любви к Отцу» (1 Иоанна 2:15)? Иисус открыто указывал на подобное, когда говорил тем, кто считал себя Божьими слугами: 


«Я хорошо знаю, что вы не имеете в себе любви к Богу. Я пришёл от имени своего Отца, но вы меня не принимаете» (Иоанна 5:42,43).


Несмотря на то, что те, к кому были обращены его слова, продолжали по инерции утверждать, что служат небесному Отцу, Иисус дал им четко понять, желания какого «отца» те в реальности исполняют: 


«"Вы совершаете дела вашего отца". Они сказали ему: "Мы рождены не от блуда, у нас один Отец — Бог". Иисус сказал им: "Если бы вашим Отцом был Бог, вы любили бы меня, потому что я пришёл от Бога и теперь здесь. Я пришёл не от себя, но Он послал меня. Почему вы не понимаете того, что я говорю? Потому что вы не можете слушать моё слово. Ваш отец — Дьявол, и вы хотите исполнять желания вашего отца. Он был убийцей от начала и не устоял в истине, потому что в нём нет истины. Когда он говорит ложь, говорит сообразно своей сущности, потому что он лжец и отец лжи"» (Иоанна 8:41-44).





Еще более показательно звучат слова Христа из Матфея 7:21-23. Что примечательно, в этом случае Иисус затрагивает не неверующих людей, но тех, кто как раз-таки искренне и рьяно считает себя его последователями. О них-то он и говорит:  


«Не всякий, говорящий мне: „Господи, Господи“, войдёт в небесное царство, а лишь тот, кто исполняет волю моего Отца, который на небесах. Многие скажут мне в тот день: „Господи, Господи, разве не от твоего имени мы пророчествовали, разве не от твоего имени мы изгоняли демонов и разве не от твоего имени мы совершали многие могущественные дела?“ И тогда я объявлю им: „Я никогда не знал вас! Отойдите от меня, творящие беззаконие“» (Матфея 7:21-23).


Что бросается в глаза в этом предупреждении Иисуса, множество (!) т.н. «христиан» будут до самого последнего момента пребывать в абсолютной уверенности своего одобрения свыше. Их «вера» в Сына, казалось, была настолько крепка, что они чувствовали побуждение устраивать публичные прославления его имени и даже совершать «многие могущественные дела», включая «изгнание демонов». Ну как после столь великих проявлений не быть убежденным, что тобой руководит не что-нибудь, а непосредственно Божий дух? Их уверенность в этом будет настолько сильна, что даже в день Суда такие «христиане» посмеют, образно говоря, спорить с Сыном, «напоминая» ему, сколько они прославляли его имя!

Но в этом библейском тексте сам Иисус дает четкое объяснение, почему все их усилия по его прославлению в реальности являлись «творением беззакония» (казалось бы, это странно). Хотя те, кто все это время претендовал на звание его учеников, трижды пытались акцентировать внимание на прославлении имени Сына, сам Сын в первую очередь вменил им в вину, что те все это время проявляли полное пренебрежение его Отцом! Столько красивых слов о Сыне, и такое безразличие к его Отцу – вот, что отличало бы тех ревностных «христиан», что в итоге окажутся вне одобрения Господа!


Это яркое, отрезвляющее предостережение Иисуса, пожалуй, как ни в чем другом проявляется в случае с учением о Троице. Я вижу, что тринитарии, пытающиеся убедить меня следовать этому учению, рассуждают как те самые «верующие», о которых Иисус говорил вышеуказанными словами. Они постоянно говорят о Сыне, и практически ничего о его Отце. В их понимании всецелого прославления за спасение достоин непосредственно Сын. Но Отец, обеспечивший им это спасение, остается некой неопределенной, размытой и безымянной личностью, скрытой где-то там, в облике таинственной Троицы. И когда им объясняешь принцип предоставленного Отцом через жертву Сына спасение, в ответ довольно часто можно услышать: «Ну, так это же не Отец за меня умер, а Сын»… Странная логика. Странная и выявляющая полное непонимание личности небесного Отца.




Представим, что в море тонет человек. Его замечает капитан корабля. Он направляет свой корабль к нему и велит бросить тонущему спасательный круг. В результате, благодаря мудрым и милосердным действиям капитана, человек спасается. Вопрос: кому спасённый должен в первую очередь выразить свою благодарность? Не вызывает никаких сомнений, что капитану! Но, насколько неразумной будет реакция такого человека, если он скажет: «Нет! Меня спас всё-таки спасательный круг!» или «Меня спас матрос, что исполнил приказ капитана и бросил спасательный круг!». Понятно, что человеческая благодарность должна распространяться на всех, кто участвовал в его спасении. Но разве не капитану, принявшему решение о спасении и устроившего соответствующим образом все спасательные действия, следует быть благодарным в первую очередь? Несомненно! 

Однако в случае спасения от греха многие «христиане» почему-то поступают таким же неразумным образом. Они «благодарят» Иисуса, но при этом упорно не желают приближаться с признательностью к Тому, к Кому хочет привести их сам Иисус – к Отцу! Так как же в таком случае будет расценивать их «благодарность» Сын? А Отец?

Или возьмем буквальные библейские примеры того, как Иегова Бог спасал свой народ в прошлом. В разные времена он мудро действовал, спасая Израиль посредством выбранных им верных служителей, делая их «спасителями» своего народа.


«Тогда Иегова стал назначать судей, и они спасали их от рук грабителей» (Суд. 2:16).

«Тогда Иегова воздвиг сыновьям Израиля спасителя, чтобы спасти их, — Гофонии́ла, сына Кена́за, младшего брата Хале́ва» (Суд. 3:9).

«Тогда Иегова воздвиг им спасителя по имени Ао́д» (Суд. 3:15).


Тот же Моисей так же являлся «спасителем» для Израиля (Деян. 7:25). Более того, как уже упоминалось ранее, согласно Евреям 11:26 он был «мессией», «христом» (т.е. «помазанником» Божьим) для своего времени.



Давайте представим, как бы Бог воспринял реакцию людей, претендующих на звание его истинных служителей, если бы те использовали известную тринитарную «логику» в оценке действий Бога и посланных им избавителей. Как бы выглядели заявления подобных израильтян, если бы те говорили примерно следующее: «Гофониил – наш главный "спаситель"!», «Своим спасением мы обязаны в первую очередь Аоду, а уж потом – небесному Отцу» или «Спасение нам дано через Моисея, ему вся слава!»… Это выглядело, по меньшей мере, нелепо. Понятно, что, хотя эти люди и были названы Богом «спасителями» и именно через них народ получал избавление, но здравомыслие побуждало бы признать очевидное: они были ПОСЛАНЫ небесным Отцом, согласно его изначальному намерению, а потому именно Отец является ИСТИННЫМ СПАСИТЕЛЕМ! При всем уважении и признании этих «спасителей» Израиль должен был В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ (!) благодарить за спасение небесного Отца.   

В намерении Отца был замысел предоставить избавление не только Израилю, но и всему послушному человечеству. И для этого Он определил бо́льшего «спасителя» - своего Сына, о котором пророчески было сказано:


«Они воззовут к Иегове из-за угнетателей, и он пошлёт им спасителя, великого спасителя, который избавит их» (Ис. 19:20).

«Сегодня в городе Давида родился ваш Спаситель — Христос Господь» (Лк. 2:11).


Отец определил, что предлагаемое им спасение смиренные люди смогут обрести только в его послушном Сыне, Иисусе Христе. И это полностью отражается в соответствующих словах Библии:


«И ни в ком другом нет спасения, потому что под небом нет другого имени, данного людям, которым мы должны спастись» (Деяния 4:12).


Отец не дал для спасения никакого другого «имени» «под небом» (т.е. человечеству на земле не был дан никакой другой «спаситель», кроме Иисуса).  




И этот бо́льший Спаситель – Иисус Христос – тоже стремился воздавать всю славу Отцу, а не себе. Он всегда подчеркивал, что источником жизнеспасающей вести является его Отец, а не он сам (Ин. 5:19; 14:24).  


«Иисус же сказал им: "То, чему я учу,— не моё, а того, кто меня послал"» (Иоанна 7:16).

«Ведь я говорил не от себя, но сам Отец, который послал меня, дал мне заповедь о том, что именно я должен сказать» (Иоанна 12:49).


Увы, но многие последующие «христиане» переиначили суть роли Сына, по сути, поставив его на место Отца, а самого Отца оттеснив в тень. Ведь только такая эквилибристика могла соответствовать условиям принятия идеи Троицы. Но соответствовало ли это намерению самого Сына? За ответом далеко ходить не надо – достаточно вспомнить то, что он сказал по этому поводу в Матфея 7:21-23… 



*************


Пусть эта статься будет моим ответом тем, кто периодически обращается ко мне с вопросом «Почему вы не верите в Троицу?» Признаюсь, мне утомительно каждый раз писать одни и те же объяснения моей позиции по данной теме. Надеюсь, что информация, изложенная в статье, предоставит достаточную возможность искреннему (!) собеседнику понять мою точку зрения. С теми же, кто лишь ищет повода к спорам и пререканиям, я разговоры не веду, ибо нет смысла.

В качестве резюме скажу следующее… Я не верю в Троицу:

1) В силу сложности с ее четким исключительно библейским обоснованием. 
2) По причине крайней запутанности в понимании самими тринитариями.
3) Из-за ее очевидной тупиковости в вопросе познания Бога.
4) В силу невозможности через это учение правильно осознать роль Сына в качестве посланного Отцом «Спасителя».
5) Из-за искажения роли Сына как Посредника и Пути, ведущим к истинной цели – Отцу.
6) По причине невозможности приближения к небесному Отцу.
7) В силу конфронтации этого учения с идеей освящения имени Иеговы.
8) Из-за противоречия с библейской идеей главенства Отца над Сыном.
9) В силу ее двойных стандартов в подходе к личности Отца и личности Сына.

Если вы, как сторонник этого учения, считаете, что Троица помогает пролить свет по всем этим пунктам, значит, вы будете первым таким человеком в моей практике. Признаюсь, подобных примеров я еще не встречал. Увы…  






1 комментарий:

  1. Спасибо огромное, Сергей, за данную статью. Очень подробно и убедительно! Жаль, что не все это признают...

    ОтветитьУдалить